Kirill Zakharov (knizhnik) wrote in kuryokhin,
Kirill Zakharov
knizhnik
kuryokhin

Categories:

ВПЕРЕД - К ПОБЕДЕ КУРЕХИНИЗМА!

Я раскопал довольно старую книжку (1992 год). Называется - "Рандеву со звездами". Это своего рода смесь - достаточно гремучая и гремучестью этой неплохо отражающая тот сумбур, который творился вместо музыки тогда. Музыка, наверное, всегда сумбур. Наверное… Под одной обложкой соседствуют рассказы о Кинчеве, Корнелюке, Пугачевой, "Наутилусе", "Пикнике", "Санкт-Петербурге", Вл. Кузьмине, Диме Маликове, Игоре Николаеве (и Наташе Королевой)… Леонтьев, "Секрет", Боярский… Уф! В самом конце - интервью с Курехиным. Журналист Михаил Садчиков - автор "смеси" - надеется на "добрососедские отношения" с Курехиным, последний же по большей части талантливо мифологизирует настоящее. Я не нашел этого интервью в интернете. Не думаю, что оно откроет что-то ошеломляюще новое, но оно приятно, как и все интервью с Сергеем Анатольевичем.

Сергей Курехин родился в 1954-м в Мурманске, по гороскопу Близнец, жил в Москве, Евпатории, а в 17 лет приехал вместе с отцом, офицером в отставке, в Ленинград. Учился в музучилище, играл во множестве джазовых составов, принимал участие в разработке проекта группы "Аквариум", а затем создал свой уникальный коллектив - "Популярную механику", с которой в последние два-три года объехал весь свет. В Советском Союзе, а то и в Европе, нет музыканта, который бы мыслил столь масштабно, парадоксально, неожиданно - и как композитор, и как исполнитель, и как режиссер.

Вычислить его в Ленинграде оказалось сложней, чем в Берлине или Нью-Йорке. Правда, если вам повезет, вы можете случайно встретить его на каком-нибудь ленинградском концерте или выставке, где он появляется внезапно и, впрочем, так же исчезает. Знающие люди говаривали, что вы можете поймать Сергея Курехина в лабиринтах "Ленфильма", где он то пишет музыку, то снимается в главной роли в фильме "Лох - победитель воды" режиссера А. Тигая, а то и просто пьет кофе. Телефон С.К. никто не знает, а телефонный номер менеджера "Популярной механики" Алексея Ершова, похоже, круглые сутки переключен на факс.

В общем, сбившись с ног в поисках Курехина, я решил поехать к нему домой (хоть меня и предупредили, что это новый район), а получив точный адрес, от души посмеялся. Мы оба жили на одном проспекте. В доме под одним номером, только в разных корпусах. Так что в зимний вечерок я мог пройтись на интервью в домашних тапочках, а маэстро открывал мне дверь в халате. Обсудив с порога проблемы новоселов (телефонизация, сантехнизация, металлизация и сигнализация дверей), мы не без труда перешли к делу. Впрочем, и тут проблемы не меньше, чем с импортным "компактом". Ну как нынче говорить о музыке, о высоком искусстве, когда вот-вот разверзнется земля и все мы… Ведь все горит синим пламенем и рушится ежечасно.

- Сергей, вы далеки от политики?
- Почему? Я считаю себя радикальным консерватором правого толка. Мне Ленин гораздо более симпатичен, чем Петр.
- Сергей, но, насколько я знаю, патриарх Всея Руси Алексий II сказал, что у нашего города есть небесный покровитель. Его имя - Петр.
- При всем моем уважении к его святейшеству, хочу возразить: вопрос о небесном покровителе довольно спорный, как и вообще вопрос об именах и переименованиях. Это один из самых интересных вопросов философии и богословия. С не меньшим основанием можно сказать, что небесный покровитель нашего города - Ленин.
- Ленин, Ленин…Да вы, я вижу, питаете к Ильичу слабость?
- И не скрываю, что Ленин - моя слабость. Я, например, яростный противник демонтажа памятников Ленину. Более того, считаю, что их было даже слишком мало. Просто к памятникам Ленину нужно относиться более творчески, например ставить их в тех местах, где они никогда не стояли, - высоко в горах или под водой… Представляете, как замечательно, если вы очень долго, с невероятными усилиями, карабкаетесь на какую-нибудь горную вершину типа Джомолунгмы и внезапно видите памятник Ленину, окруженный снежными вершинами и эдельвейсами. Красота сказочная. Или охотитесь на рыб где-нибудь в Индийском океане и на глубине 1000 метров, среди кораллов, видите что-то родное. Это, конечно же, памятник Ленину, стоящий под водой и окруженный осьминогами, тюленями и другими морскими животными и рыбами. Автоматически возникает чувство Родины и любовь к России.
И вообще это совершенно новый вид искусства - Лениниана. Ведь были даже люди, специализировавшиеся на изображении Ленина. Это и есть новейший авангард, а не какие-нибудь эпигоны Кандинского или Филонова или псевдоколлективные действия так называемых неофигуратистов.
- Сергей, это все чрезвычайно интересно. Я недавно услышал о создании партии в защиту тех самых памятников, о которых вы говорите, и просто не вижу более реального кандидата на пост президента или по крайней мере вице-президента этой в недалеком будущем авангардной силы нашего общества. Но пока наши меломаны не совсем готовы к столь серьезному и интересному разговору. Позвольте задать простой и даже банальный вопрос: каковы ваши творческие планы?
- Я планирую где-нибудь в ближайшем квартале укусить за ногу Собчака.
- Это довольно странный вид творчества. Вы не могли бы нас посвятить в тайны замысла?
- Конечно. Представьте, что вы открываете утренние газеты и видите заголовки: "Депутат Ленсовета Болтянский укусил за ногу самого Анатолия Собчака". Сколько у довольствия получили бы читатели! Но, к сожалению, депутат Болтянский вряд ли согласится укусить за ногу глубоко уважаемого мною Анатолия Александровича. А то я уже представил себе внеочередной выпуск "Пятого колеса", в котором Бэлла Куркова, немного напирая на мэра, спрашивает: "Вам было очень больно? Я расцениваю этот укус как еще один заговор правых сил".
Мне кажется, что это настоящий творческий акт. С одной стороны, новый метод в политике, может быть, спорный, но все же метод; с другой стороны, присутствует некий полет фантазии и дерзновенность, что является, насколько я знаю из книг, характерными признаками творческого акта.
- Сергей, сейчас существует два полярно противоположных мнения насчет помощи, оказываемой нам западными странами продовольствием, медикаментами и вещами. Одни считают это унизительным для великой нации, другие, наоборот, рады. Ваше мнение? Вы ведь все-таки много где побывали, много чего видели, много чего ели, пили, надевали…
- Не вижу ничего плохого в стремлении помочь советским людям в трудное время. Но опять же механизм распределения выбран неверно.
- Наше время требует конкретности. Люди устали от митингов. Что вы предлагаете? Общенародный референдум? Введение талонов на помощь с Запада?
- Я предлагаю сбрасывать подарки с самолета. Во-первых, очень красивое зрелище: с великолепных "Боингов" сыплются на город духи "Кристиан Диор", губная помада, банки с тушенкой, колбасные изделия, мука, паштеты, книги религиозного содержания, японская видеотехника, презервативы. Грандиозное зрелище! Опять же - элемент внезапности. Сидите, например, дома, пьете чай, и вдруг вам в окно влетают женские трусы фирмы "Гаултье". Во-вторых, никто ни на кого не обижается, исключается спекуляция и другие негативные явления.
- Признаться, давненько не видел я вашей "Поп-механики" на родной земле. Все по заграницам, все за валюту. Обидно, черт возьми!
- "Поп-механика примет иные формы. Хочу предложить властям провести мне праздник 7 ноября.
- ?!
- Ведь сейчас мы лишены национального праздника. Была попытка сделать национальным праздником 7 ноября, но в связи с переоценкой исторических событий этот праздник уже не праздник для многих. А нация, не имеющая национального праздника, не имеет объединяющего начала. Обязательно должени быть день, когда нация чувствует единение во имя жизни и прогресса, но этот день должен быть историческим. Вспомним национальные праздники - День взятия Бастилии или День национальной независимости.
- Но почему 7 ноября? Давайте выберем день посимпатичнее.
- Нет, этот день должен быть связан с нашей историей, неважно, в каком качестве его сейчас рассматривает современность, главное, что он исторический. Сегодняшние попытки заменить национальный праздник церковными, я думаю, не дадут желаемого результата. Церковные праздники должны заполнить существующую пустоту в духовном единении, но они хотят объединить нацию в рамках православия. Новый же национальный праздник должен нести в себе характерные черты нации - только тогда он станет объединяющим.
Я много думал раньше об этом. Не зря праздник 7 ноября называли Днем Великой Октябрьской социалистической революции. А движущая сила любой революции - это попытка заменить старое на новое путем разрушения старого. Мне кажется, это и есть основная черта нашей нации. Попросту говоря, русскому человеку самое важное что-нибудь сломать, а после этого долго говорить, что теперь очень важно построить что-то новое. Потом сломать и это. И так далее. Я хочу предложить властям оставить праздник 7 ноября, как уже имеющий традицию, национальным праздником, убрав только из названия слова "Октябрьская" и "социалистическая". То есть название будет праздник Великой русской революции. Революции, как наиболее характерной черты русского народа. И поручить мне сформировать специальный комитет по проведению праздника. Комитет государственного праздника - КГП. Я постараюсь придумать, как доставить людям радость в этот день. У меня уже есть кое-какие наметки, связанные с захоронением Ленина, объединением армии и церкви как символов двух воинств - плотского и духовного. Необходимо организовать и независимое самоокупаемое КГБ, сделать его совместными предприятием с ЦРУ и назначить шефом Александра Невзорова.
- Сергей, признаться, я озадачен. Некоторые ваши сегодняшние высказывания поставили меня в тупик, хотя я знаю вас уже много лет, да и надеюсь, что между нами установятся добрососедские отношения. Но каково мне соседствовать с консерватором, тем более что ведь все прогрессивное музыкальное человечество видело в вас демократа, авангардиста.
- Видите ли, мне надпись "Слава КПСС" нравится больше, чем "Кока-кола", потому что в первом лозунге больше родного, чем во втором. "Слава КПСС" уже стала частью нашего быта, а я обыватель по природе и очень много значения придаю быту. И потом мне кажется, что надпись "Кока-кола" или "Макдональдс" выглядела бы нелепо где-нибудь на крыше "Гостиного двора". А мне не хочется, чтобы мой любимый город выглядел нелепо.
- Вы думаете, Собчак согласится с вашими проектами?
- Собчак - замечательный человек. Но он пришел чуть-чуть не вовремя. Ему нужно быть мэром города, в котором все устоялось. Это был бы идеальный мэр для Цюриха или Сан-Франциско.
- Вы по-прежнему пишете много музыки для кино?
- Да, записал музыку для американо-германского фильма "Бастерс Бедрум" режиссера Ребекки Хорн с прекрасными американскими актерами Дональдом Сазерлендом, известным у нас по фильмам "Казанова"Феллини, фильмам Бертолуччи и другим, с Джеральдиной Чаплин, дочерью Чаплина, и многими другими. Оператором был Свен Нюквист, снявший почти все фильмы Бергмана.
- Грех было бы отказаться от такого предложения. Но что вас, почти весь прошлый год пробывшего на Западе, тянет по-прежнему на питерские выставки, концерты? Вы ведь по-прежнему следите за ситуацией в культурной жизни нашего города.
- Стараюсь следить за всем, кроме рок-музыки, которая вызывает у меня смертную тоску. С уходом из жизни Виктора Цоя закончился советский рок. Миша, вы, наверное, помните, что когда-то в интервью я говорил, что единственные среди рок-музыкантов достойные внимания - Цой и "Кино". А ведь тогда они еще не были популярны, их знали только в пределах рок-клуба. И все-таки тогда уже все было понятно. Но это ужасная история!
А рок сейчас полностью коммерциализировался. Но это по-своему хорошо: те люди, которые были склонны к коммерции, туда и ушли. Однако реакция на коммерциализацию даст новый толчок - будет создано антикоммерческое искусство. И это произойдет, конечно же, в нашем городе. Ведь Ленинград - это не жлобская Москва, которая ничего не может дать, кроме полного отупения.
- Сергей, есть ли все-таки какие-нибудь шансы приглашать различных людей с запада, или до введения конвертируемости рубля в Россию никого не заманишь?
- Я разговоривал в Нью-Йорке с Бабутунде Олатунджи, он классный черный перкуссионист. И он говорит, что мечтает приехать в Россию. У него Советский Союз ассоциируется с Полом Робсоном. Он чуть не плакал, когда говорил о Робсоне: "Боже, что с ним сделали американцы, когда он вернулся сюда, - они его затравили!" Для него приехать в страну, которая так приняла Робсона, настолько важно (все черные относятся к проблеме цвета очень трепетно), что деньги не играют уже роли. То же можно сказать о многих западных музыкантах, для которых творчество в шкале ценностей на более высоком месте, чем деньги.
А потом к нашему Союзу невероятный интерес до сих пор. Союз популярен, потому что показал новую модель жизни, которой на Западе нет. Сейчас в американском обществе и культуре своеобразный застой - появилась вялость, вторичность. За два года в Нью-Йорке ничего не изменилось! И самые чуткие музыканты и художники это ощущают. Хотя, бывает, говорят: "У вас в бывшем Союзе столько изменений - у вас, в Монголии и ЮАР".
Tags: интервью
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments